Мой блог - для учеников и учителей. О целях и структуре блога можно прочитать здесь.

О том, каким я вижу современного учителя, можно прочитать здесь.

пятница, 6 февраля 2015 г.

Как работать с экспертами — и когда этого лучше не делать

Назвала сообщение по докладу Норины Хертц на TED. Впервые увидела этот доклад чуть более двух лет назад на массовом онлайн-курсе у +Ivan Travkin (писала об этом здесь).

И, если остальные рассмотренные в рамках оналйн-курса TED-ы я видела как возможные учебные объекты для изучения тех или иных тем обществоведческого курса, то этот доклад в моём сознании сразу встал особняком. Тогда я написала про него:
Это, пожалуй, единственный ролик, на который ложатся мысли совершенно другого рода. Не хочу (правильнее сказать: пока не знаю, куда и как) использовать его в работе с учащимися, но очень хочу на основе этого ролика написать большой пост про работу экспертов в системе образования. На разных уровнях и в разных качествах (аккредитация образовательных учреждений, региональные предметные комиссии экспертов ЕГЭ, методические экспертные комиссии предметных олимпиад и т.д.). Не знаю, смогу ли я решиться на это. Честно? Боюсь. Но сил молчать становится все меньше и меньше...накипело.
Прошло два года, и я всё же решилась написать этот пост. Катализатором послужил завершившийся региональный этап олимпиады по обществознанию. Очень интересно услышать мнение коллег из разных регионов: а как у вас?


Источник картинки
Для начала необходимо определиться с самим понятием "эксперт". Заглянем в Википедию. Экспе́рт (от лат. expertus — опытный) — специалист, приглашаемый или нанимаемый за вознаграждение для выдачи квалифицированного заключения или суждения по вопросу, рассматриваемому или решаемому другими людьми, менее компетентными в этой области.
Я сама много лет —  эксперт ЕГЭ (проверяю часть С по обществознанию в составе Региональной экспертной комиссии). А недавно получила статус (которым я очень горжусь) "эксперт Артека", когда по приглашению +Yuri Eelmaa работала в течении недели в этом качестве на семинаре "Проектирование образовательного события" — в команде с другими экспертами.
Однако, считаю, что понятие "эксперт" применимо и к другим ситуациям, даже при отсутствии формального статуса эксперта. Если мы берём ключевые признаки — опыт, возмездность работы, компетентное заключение, тогда данное понятие можно распространить и на:
  • учителей по отношению к ученикам (преподавателей по отношению к студентам): учитель имеет профессиональное образование, опыт работы, осуществляет деятельность на основе трудового договора и аттестовывает учащегося;
  • членов методических комиссий, жюри, апелляционных комиссий олимпиад школьников — по отношению к участникам олимпиад: органы управления образованием формализуют их статусы, считая компетентность этих людей достаточной для решения поставленных задач.
Эти позиции мне тоже близки, поскольку: а) более 20 лет работаю учителем в школе, б) последние годы возглавляю муниципальную предметно-методическую комиссию по обществознанию, являюсь председателем жюри и апелляционной комиссии муниципального этапа Всероссийской олимпиады школьников по обществознанию.

Написанное выше преследует ещё одну цель: чтобы читатели убедились в том, что у меня есть некоторая компетентность, чтобы рассуждать на эту тему.

Возвращаюсь к ролику, опубликованному выше. Во время онлайн-курса слушателям было предложено посмотреть его и ответить на ряд вопросов. К сожалению, сайт курса уже недоступен, а потому мне здорово помог +Бугайчук Константин, который два года назад собирал  итоги каждого дня курса в своём блоге. Вот его публикация по этому докладу. Я взяла за основу некоторые вопросы по этому ролику, предложенные +Ivan Travkin слушателям курса и попыталась немного порассуждать над ними: как с точки зрения экспертов в образовании вообще, так и по ситуации с олимпиадами школьников.
  • Что значит "смотреть на мир открыто"?
Одним из основных принципов деятельности жюри всех этапов олимпиады является гласность (приказ МОиН РФ от 18.11.2013 г. №1252). Мы ведь можем соотнести данный принцип с открытостью экспертной деятельности? Так вот уже почти 5 лет гласность/открытость школьного и муниципального этапов олимпиады обеспечивается через Олимпийский образовательный портал, действующий при поддержке Управления по делам образования города Челябинска. Примеры этого учебного года:
    • страница школьного этапа олимпиады по обществознанию >>>
    • страница муниципального этапа олимпиады по обществознанию >>>
Даже беглый просмотр страниц позволяет оценить полноту представленной информации. Оперативно (до проведения апелляции!) выкладываются задания с правильными ответами (они сохраняются на портале и доступны и через год, и через два даже незарегистрированным пользователям), соблюдается регламент выкладывания результатов: сначала появляются предварительные, затем, после апелляции — окончательные.

Предварительных результатов регионального этапа ни участники, ни педагоги, в этом году не дождались. Согласно Программе, они должны были быть выложены в интернете 2 февраля. Однако, 4 февраля были сразу опубликованы окончательные результаты. Апелляция, согласно той же программе, должна была состояться 30 января, однако, в этот день был организован только показ работ и подача заявлений. Как было организовано информирование о дате и времени апелляции, мне неведомо, т. к. официальной информации не было, я получила эту информацию в частном порядке за 2 часа до начала апелляции.

+Alexander Bondarenko, отвечая на этот вопрос 2 года назад, отметил, что "смотреть на мир открыто" — это значит 
принимать к рассмотрению различные точки зрения вне зависимости от роли высказавшего.
Не уверена, что моя точка зрения по этому вопросу будет принята людьми, по вине которых был нарушен принцип гласности в проведении регионального этапа олимпиады.

  • Всегда ли мы осознаем последствия ошибки эксперта, на которого полагаемся? Этому учат специально?
Ошибка — это непреднамеренное заблуждение, возникающее вследствие невнимательности или недостатка информации. Признаём ли мы право на ошибку ребёнка? Эксперта? На школьном этапе олимпиады после опубликования предварительных результатов, у каждого участника есть неделя, чтобы ознакомиться со своими результатами и при несогласии с ними, задать вопрос членам предметной комиссии на форуме олимпиады и получить ответ на него. Пример. Ребёнок допустил ошибки от незнания, будучи убеждённым в правильности своих ответов, однако, получив развёрнутое объяснение, понял обоснованность выставленных баллов. 

Апелляция на муниципальном этапе олимпиады проходит в очной форме, при этом у ребёнка есть право высказать и обосновать свою точку зрения: в чём именно он не согласен с выставленными баллами. Я не понимаю зачастую негативного отношения к апелляциям в образовании вообще: не важно, о чём идёт речь — о несогласии с баллами, выставленными на ЕГЭ или на олимпиаде, и считаю, что если ребёнок пришёл на апелляцию — он хочет получить квалифицированное мнение эксперта, другого учителя, взгляд на его работу со стороны. А это значит, что апелляция должна носить для ученика развивающий характер, что если даже у обвиняемого есть право на последнее слово на суде, то и у ученика такое слово тоже должно быть. В пользу этого говорят и особенности учебного предмета: специфика социального познания такова, что из-за совпадения субъекта и объекта познания, позиция исследователя может серьёзно влиять если не на результат, то на его интерпретацию. Тем более, при оценку таких заданий, как эссе и критика текста. Поэтому с каждым учеником, пришедшим на апелляцию на муниципальном этапе, мы работаем детально, даём возможность ему высказать и обосновать свою точку зрения, разбираем его ошибки. И я понимаю, что да, к сожалению, и эксперт может ошибаться, а потому, если есть основания для повышения балла, апелляция удовлетворяется без проблем. При этом мы строго соблюдаем правила: не может рассматривать апелляцию конкретного ученика его учитель, а также учитель, проверявший работу. Тем самым мы стараемся обеспечить реализацию ещё двух принципов деятельности жюри — объективность и соблюдение норм профессиональной этики. 

А потому меня удивили реплики сразу нескольких участников регионального этапа олимпиады из разных школ, прозвучавшие после просмотра работ и после апелляции регионального этапа: почему задания II и III тура проверены всего одним экспертом, и почему апелляция носила формальный характер, и её итог был предрешён вне зависимости от того, что скажет на апелляции участник. Конечно, здорово, что эксперты так уверены в своей компетентности, однако цена ошибки здесь очень высока. И это не только не полученное призовое место и потерянная возможность пройти в следующий тур олимпиады. Этот тот опыт, который подросток получает при взаимодействии со взрослым, на профессионализм которого он полагается. Это и (простите за пафос) искажённый вход в профессию социально-гуманитарного профиля, на которую профессионально-ориентированны участники олимпиады.

А учить экспертов надо. Любых. И учеников надо тоже учить не только предмету. Помимо прочего, и тех, и других надо учить принятию. Если ученик во всём винит эксперта, он не сможет исправить совершённые ошибки. Если эксперт не хочет признать, что он сам или его коллега ошиблись, то он перестаёт быть похожим на эксперта, а становится похожим на глупца, настаивавшего на своей ошибке. Но не на уровне: эксперт всегда прав, потому, что у него больше прав. А ещё — учить тому, что всё имеет свою цену. И ошибки тоже. Правда, здесь тот ещё вопрос всплывает: а кто учить будет? Если эксперты — это априори лучшие, то где взять ещё более лучших?

  • Нужны ли всем навыки "управления противоречиями"?
У нас так сложилось, что отношение к любым экспертам в любой сфере носит прямо-таки сакральный характер. Не раз чувствовала подобное отношение к себе как к эксперту. И сами эксперты, столкнувшись с этой сакральностью, нередко надевают на голову корону, считают себя несущими истину в последней инстанции. Однако, как не вспомнить здесь Грибоедова: "А судьи кто?". Да и представление об истине в современном мире очень подвижно. А потому противоречия возникают там, где возникает десакрализация. Противоречие между необходимостью принять заключение эксперта как данность (как следствие сложившейся традиции) и несогласием (в силу каких-то причин — как объективных, так и субъективных) с этим заключением. Пришёл на олимпиаду — значит, сознательно поставил себя в ситуацию оценивания. Значит, должен быть внутренне готов к тому, что собственные представления о себе, своих знаниях, придут в несоответствие с тем, как это видится экспертом со стороны. Что лучше: социально желаемое поведение, пусть даже в ущерб своему мнению, либо стремление сохранить свою индивидуальность, отстоять свои убеждения, даже ценой заведомо низкой оценки, непонимания экспертов. Я сама была в такой ситуации 3 года назад. И свой выбор сделала в пользу "либо". И не жалею о нём. Однако, не всем и не всегда этот выбор даётся легко, да и последствия могут сказываться на протяжении длительного периода. Если человек находится в гармонии с собой и с внешним миром, откуда у него будут противоречия? А вот мятежникам, бунтарям, приходится несладко. И не все владеют навыками самоменеджмента. Противоречие порождает кризис, конфликт. А они вновь влекут за собой как положительные, так и отрицательные последствия. Стимул к развитию, переходу на иной качественный уровень? Да. Истощение ресурсов? И здесь тоже положительный ответ. А потому надо с этим что-то делать.

  • Что может или должно стать фундаментом образования, готовящего к неопределенности и самостоятельному принятию решений?
Работа с информацией: её критический анализ, классификация, сверка. Коммуникативная компетентность. Проектная деятельность. Готовность учиться всю жизнь и жить в обществе, для которого пока ещё трудно определить его основные черты.

  • Как студент/ученик узнает, что профессор/учитель прав (заслуживает доверия в конкретном вопросе)?
От формальных критериев — должность, стаж, категория, результативность работы — до основанного на рациональных критериях желания учиться у этого учителя. Я, наверное, буду долго вспоминать момент с апелляции по результатам муниципального этапа, когда один ученик в завершении сказал мне что-то вроде: "Я впервые получил удовольствие от апелляции. Потому, что я понял свои сильные и слабые стороны и теперь знаю, над чем мне работать при подготовке к региональному этапу". Вероятно, он не просто озвучил это, не просто принял к сведению, но ещё и сделал. В итоге он стал одним из победителей регионального этапа.

  • Где разумная грань между "политкорректным" (нельзя сомневаться в учителе) и критическим (можно...) мышлением?
Сомневаться можно. Потому как мы живём не в мире, в котором: "меня учат, учитель знает", а в мире, где "я учусь, учитель может мне помочь". Не устаю повторять мысль о том, что сегодня ни у учителя, ни у учебника нет монополии на информацию, они не основные, а факультативные источники. А вот где эта грань, и есть ли она вообще? Не знаю. Разве что мы можем провести её в вопросах безопасности и ответственности за жизнь и здоровье. Но не в вопросах информации. Хотя считаю, что можно управлять степенью этих сомнений. И путь здесь — критериальный подход к оцениванию. Сомнения возникают от непонимания. Если же процедуры оценивания станут прозрачными, а критерии — понятными для ученика, сомнений будет меньше.

  • Достаточно ли разнообразия мнений и критического мышления в сочетании с экспертным мнением?
Жду публикации работ победителей и призёров регионального этапа. Пока папка пуста. Мне очень интересно наложить на экспертное мнение своё критическое мышление. И посмотреть, что из этого получится. И тогда уже буду судить о достаточности.

Готова обсуждать ответы на вопросы дальше.

P.S. Пока осмысливала ситуацию и писала пост, в ленту в G+ упала публикация. Написано совсем о другом, конечно. Но некоторые метафоры очень узнаваемы и применительно к тому, о чём написала.
. Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...